Усатик и падающая луна

Предпросмотр

Усатик сидел на заборе миссис Хендерсон и считал облака. Одно облако в форме овечки. Два черепашьих облака. Три облака, которые выглядели точь-в-точь как скучные старые облака. Его хвост дёргался при каждом счёте. «Семнадцать... восемнадцать... девятнадцать...» — бормотал он, и его усы поникли от скуки. Другие коты, наверное, занимались захватывающими делами — гонялись за мышами или опрокидывали цветочные горшки. Но только не Усатик. Он был официальным Счётчиком Облаков города — должность, которую он сам изобрёл в прошлый вторник. Зевок растянул его пушистую мордочку. «Двадцать облаков. Столько же, сколько вчера. Столько же, сколько всегда.» Его веки стали тяжёлыми как занавески. Может быть, он просто закроет их на крошечный момент...

ПЛЮХ! Капля дождя плюхнулась прямо на розовый носик Усатика. Его глаза распахнулись. «Дождь? Но я насчитал ноль дождевых туч!» Он поспешно слез с забора, стряхивая капельки с рыжей шёрстки. Ещё больше капель застучало сверху, создавая лужи на тротуаре. Усатик зигзагами бегал между ними, стараясь не замочить лапки. «Это всё неправильно,» — ворчал он, ныряя под почтовый ящик. «Облака должны предупреждать меня, прежде чем дождить. В этом же весь смысл их подсчёта!» Ливень прошёл так же быстро, как и начался, оставив повсюду блестящие лужи. Усатик высунул голову, подозрительно дёргая усами на теперь уже ясное небо.

Когда Усатик выбирался из своего укрытия, что-то привлекло его внимание. Там, в самой большой луже на Кленовой улице, плавало что-то круглое, белое и светящееся. «Луна!» — ахнул Усатик, и его шерсть встала дыбом как щётка для бутылок. «Луна упала с неба!» Он бросился к краю лужи, уставившись на идеальный белый круг, покачивающийся в воде. Его сердце колотилось о пушистую грудку. Вот оно — бедствие, о котором он всегда беспокоился! Весь этот подсчёт облаков, а он упустил самое важное, что падало сверху! «Я должен всех предупредить!» Лапы Усатика заскользили по мокрому тротуару, когда он развернулся. «Луна упала! ЛУНА УПАЛА!»

ЗУУМ! Усатик помчался по улице как рыжая ракета, оставляя за собой след панических мяуканий. «БЕРНАРД!» — завизжал он, затормозив у будки бульдога. «Чрезвычайная ситуация! Код Луна! Небо сломалось!» Бернард приподнял одно сонное веко. «Што такое?» «ЛУНА!» Усатик схватил обвисшие щёки Бернарда обеими лапами. «Она упала в лужу на Кленовой улице! Нам нужно вернуть её на место до того, как наступит время сна, иначе будет темно НАВСЕГДА!» Глаза Бернарда распахнулись. «Нет луны означает... никакого воя на луну?» Его нижняя губа задрожала. «Но это моё любимое вторничное занятие!» «Именно!» Усатик уже мчался прочь. «Расскажи всем! Спасём луну!»

Бернард выскочил из своей будки как пушистое пушечное ядро. «АРОООО! ЧРЕЗВЫЧАЙНАЯ СИТУАЦИЯ! ЛУНУ НУЖНО СПАСАТЬ!» Он помчался к саду, где Присцилла-свинка наслаждалась послеобеденными грязевыми ваннами. «Присцилла! Ужасные новости! Луна упала, и теперь нам надо—» «Луна ЧТО?» Грязь полетела во все стороны, когда Присцилла подскочила. «Но мне нужен лунный свет, чтобы видеть своё отражение в водяном корыте! Как я узнаю, чистый ли у меня пятачок?» «Вот именно!» — задыхался Бернард. «Ну, не совсем это, но—» «Это КАТАСТРОФА!» — завизжала Присцилла, бросаясь к курятнику. «Девочки! Экстренное собрание! Наши процедуры красоты в ОПАСНОСТИ!»

Курятник взорвался облаком перьев и истерическим кудахтаньем. «Луна упала?» — закудахтала Генриетта, главная курица. «Но луна управляет приливами!» «Мы же не живём рядом с океаном,» — пропищал маленький цыплёнок. «ДЕЛО НЕ В ЭТОМ!» Генриетта театрально захлопала крыльями. «Без приливов океан переполнится! Всё затопит! Мы станем плавающими курицами!» «Я не умею плавать!» — завыла другая курица. «Я тоже!» «И я!» «Мы все обречены!» Куры разбежались во все стороны, перья летали как снег. Они врезались в цветочные горшки, отскакивали от заборных столбов и кувыркались друг через друга в панике. «Спасайтесь! Стройте лодки! Учитесь плавать!»

БАХ! БРЯК! КУДАХ! Перья наполнили воздух, когда куры сталкивались со всем подряд. Одна курица попыталась взлететь, но лишь сумела опрокинуть призовые розы миссис Хендерсон. Другая попыталась построить лодку из кукурузных початков, которая тут же развалилась. «Моя капуста!» — закричал мистер Мёрфи, когда три курицы протопали через его огород. Тем временем Присцилла добралась до городской площади, всё ещё капая грязью. «ВНИМАНИЕ ВСЕМ! ЛУНА УПАЛА, И МЫ ВСЕ БУДЕМ УРОДЛИВЫМИ В ТЕМНОТЕ!» Толпа быстро собралась. «Что?» «Луна?» «Я же видел её вчера вечером!» «Это наверняка вина Усатика — он всегда предсказывает катастрофы!» «Нам нужна спасательная операция!» — закричал кто-то. «Тащите верёвки!» «Тащите лестницы!» «Тащите... э... лунный клей?»

Городская площадь превратилась в полный хаос. Пекарь выбежал с гигантской сетью из хлебного теста. «Поймаем её как бабочку!» Библиотекарша сложила книги в шаткую башню. «Если мы доберёмся достаточно высоко, мы сможем вернуть её на место!» БОЙНГ! Приехала пожарная команда, подпрыгивая на ржавых пружинах, которые они прикрепили к своей машине. «Мы подпрыгнем до неба!» Но они просто отскочили в сторону прямо в фонтан. ШЛЁП! «Нет, нет, нет!» Учительница музыки вытащила свою тубу. «Мы сыграем ей колыбельную, и она взлетит обратно!» БВААААА! Ужасный рёв тубы заставил всех зажать уши. Собаки завыли. Младенцы заплакали. Даже светофор отключился в знак протеста.

Посреди всего этого безумия Усатик сидел в луже на Кленовой улице, пытаясь зачерпнуть упавшую луну лапками. Каждый раз, когда он касался её, она дрожала и разваливалась на кусочки. «Не двигайся, луна!» — умолял он, гоняя белый круг по луже. «Я пытаюсь тебя спасти!» Внезапно он услышал приближающийся хаос. Куры летали над головой, волоча туалетную бумагу-«парашюты». Бернард тащил тележку, полную подушек «для ловли луны». Присцилла носила шлем из форм для пирогов. «Усатик!» — кричали все. «Где луна?» «Здесь!» Усатик указал на лужу. «Но она всё время разваливается, когда я касаюсь её!» Все столпились вокруг лужи. «Ооо.» «Ааа.» «Она действительно выглядит упавшей.» «Очень даже упавшей.»

«ДОРОГУ! ПРОФЕССИОНАЛЬНЫЕ СПАСАТЕЛИ ЛУНЫ ПРОХОДЯТ!» Толпа расступилась, когда мэр Корнелиус Дж. Пушистозад III (персидский кот с великолепными усами) прибыл в тележке из супермаркета, которую тащили шесть енотов. На голове у него был дуршлаг, а в лапах он держал вантуз как королевский скипетр. «Я собрал лучшие умы города!» — объявил он. За ним маршировал самый странный парад, какой только можно было увидеть: — Дантист с гигантской зубной щёткой («Для полировки луны!» ) — Парикмахер с достаточным количеством лака для волос, чтобы причесать слона («Чтобы она приклеилась к небу!» ) — Учитель физкультуры на палке-скакалке («Я подброшу её обратно!» ) Они все наклонились над лужей, толкаясь и пихаясь, чтобы получше рассмотреть упавшую луну.

«На три все хватают!» — скомандовал мэр Пушистозад. «Раз... два...» «ТРИ!» Двадцать пар рук, лап, копыт и крыльев одновременно нырнули в лужу. ШЛЮЮЮХ! Вода взорвалась повсюду как гейзер. «Луна» разлетелась на миллион извивающихся кусочков. «Она убегает!» — завизжала Генриетта. «Лунные осколки!» — ахнул Бернард. «Мы сломали её ещё больше!» — завыла Присцилла. Все неистово плескались, пытаясь поймать серебристые фигурки. Учитель физкультуры на палке-скакалке прыгнул прямо в лужу. Дантист тёр воду своей гигантской зубной щёткой. Еноты образовали цепочку для ловли луны, но только запутались в собственных хвостах. «Подождите,» — сказал тонкий голосок. «Почему теперь ДВЕ луны?»

Все замерли посреди плеска. Маленькая Пенни Опоссум указала одной крошечной лапкой на лужу, а другой — на небо. Там, висела точно там, где всегда висела, луна. Настоящая луна. Круглая, белая и определённо не упавшая. «Но... но...» Усы Усатика поникли, когда он посмотрел с неба в лужу и обратно. «Если это луна там, наверху, то что тогда...?» Мэр Пушистозад поправил свою корону-дуршлаг и заглянул в лужу с большим достоинством. «Ага! Я вижу, в чём проблема!» Он ткнул воду вантузом. «Это, мои дорогие граждане, оказывается... отражение.» Тишина опустилась на Кленовую улицу. Даже ветер, казалось, смутился.

«О... отражение?» Голос Усатика прозвучал как писк. «Вы имеете в виду, мы паниковали из-за картинки в луже?» Хвост Бернарда перестал вилять. «Я надела формы для пирогов на голову зря?» Присцилла коснулась своего нелепого шлема. Толпа посмотрела друг на друга. Промокшие насквозь. Покрытые перьями. Запутанные в туалетной бумаге. Еноты всё ещё были в узле. Учитель физкультуры стоял по пояс в луже, всё ещё с палкой-скакалкой. Потом кто-то фыркнул. Вырвался смешок. Всплыл хихиканье. «БВАХАХАХА!» Весь город разразился смехом. Они смеялись до боли в боках. Они смеялись до слёз на глазах. Они смеялись, пока даже смущённое нахмуривание Усатика не дрогнуло в улыбке.

«Что ж,» — сказал мэр Пушистозад, снимая дуршлаг с большим достоинством, «я настоящим объявляю это самой глупой чрезвычайной ситуацией в истории города!» «Три ура для Усатика!» — закричал кто-то. «Он подарил нам лучший смех за весь год!» «Ура! Ура! Ура!» Рыжая шёрстка Усатика порозовела от всего этого внимания. «Прошу прощения, что всех напугал. Я просто хотел помочь спасти луну.» «Не извиняйся!» Бернард завилял всем телом. «Это был самый захватывающий вторник в моей жизни!» «Мои грязевые ванны могут подождать,» — рассмеялась Присцилла. «Это было гораздо веселее!» «Плюс,» — добавила Генриетта, «теперь мы точно знаем, что делать, если луна когда-нибудь ДЕЙСТВИТЕЛЬНО упадёт!»

Когда солнце село над Кленовой улицей, Усатик снова сидел на своём заборе. Но на этот раз половина города сидела с ним. Они принесли попкорн и лимонад и превратили наблюдение за луной в праздник. «Вот она!» Усатик указал на настоящую луну, поднимающуюся над деревьями. «В целости и сохранности на небе!» «Знаешь что,» — сказала Пенни Опоссум, хрустя попкорном, «ты можешь слишком много беспокоиться, Усатик. Но ты также заботишься больше всех. Это довольно особенное качество.» Усы Усатика приподнялись. «Правда?» «Правда!» — согласились все. «Кто ещё попытается спасти луну голыми лапами?» Пока смех и болтовня наполняли вечерний воздух, Усатик понял кое-что. Может быть, быть городским паникёром было не так уж плохо — особенно когда у тебя есть друзья, которые помогут тебе спасти отражение. Даже луна, казалось, подмигнула ему. Или это была просто ещё одна лужа?